здание Совета Европы
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Новоcти
Библиoграфия
Вoпросы и oтветы
Сcылки

Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru
Назад Оглавление Вперед

Справка к документу

Постановление Конституционного Суда РФ от 27 апреля 2001 г. N 7-П

"По делу о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, жалобами открытых акционерных обществ "АвтоВАЗ" и "Комбинат "Североникель", обществ с ограниченной ответственностью "Верность", "Вита-Плюс" и "Невско-Балтийская транспортная компания", товарищества с ограниченной ответственностью "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" и гражданина А.Д.Чулкова"

См. комментарий к настоящему постановлению

О применении настоящего постановления см. письмо ГТК РФ от 24 мая 2001 г. N 01-06/20493

См. также Определения Конституционного Суда РФ от 5 июля 2001 г. N 130-О, от 4 октября 2001 г. N 181-О, от 10 января 2002 г. N 3-О

См. также письмо Верховного Суда РФ от 1 июня 2001 г. N 615-5/общ о допустимости применения конфискации по делу о нарушении таможенных правил по истечении срока для наложения основного взыскания в виде штрафа

  Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ А.Кононова                

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя М.В.Баглая, судей Н.С.Бондаря, Н.В.Витрука, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, В.Д.Зорькина, А.Л.Кононова, В.О.Лучина, Т.Г.Морщаковой, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова, О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,

с участием представителей ОАО "АвтоВАЗ" - адвоката Р.А.Абдрашикова и доктора юридических наук В.А.Якушина, представителей ОАО "Комбинат "Североникель" - кандидатов юридических наук Р.И.Ахметшина и С.Г.Пепеляева, директора ООО "Вита-Плюс" М.В.Савенкова, представителя ООО "Верность" - адвоката М.В.Сохач, представителей ООО "Невско-Балтийская транспортная компания" - директора В.И.Волкова и адвоката Б.Н.Карху, представителей ТОО "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" - генерального директора Ю.П.Кутемова и кандидата юридических наук А.В.Брызгалина, предпринимателя без образования юридического лица А.Д.Чулкова, а также постоянного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации В.В.Лазарева и представителя Совета Федерации М.В.Степаненко,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, статьями 36, 74, 86, 96, 97, 99, 101, 102 и 104 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",

рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела явились запрос Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, жалобы открытых акционерных обществ "АвтоВАЗ" и "Комбинат "Североникель", обществ с ограниченной ответственностью "Верность", "Вита-Плюс" и "Невско-Балтийская транспортная компания", товарищества с ограниченной ответственностью "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" и предпринимателя без образования юридического лица А.Д.Чулкова, в которых оспаривается конституционность положений статьи 24, части шестой статьи 231 во взаимосвязи со статьей 230, пунктом 6 статьи 291 и абзацем четвертым статьи 320, а также части второй статьи 247, статьи 273 и части первой статьи 279 Таможенного кодекса Российской Федерации.

Поскольку указанные положения касаются одного и того же предмета, а именно оснований и условий применения ответственности за нарушение таможенных правил, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", соединил дела по всем обращениям в одном производстве.

Заслушав сообщение судей-докладчиков Н.C.Бондаря и Г.А.Жилина, объяснения представителей сторон, заключения экспертов - доктора юридических наук Б.И.Пугинского и кандидата юридических наук Д.И.Черкаева, выступления приглашенных в заседание представителей: от Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации - А.И.Чистякова, от Государственного таможенного комитета Российской Федерации - Г.В.Баландиной и В.Н.Новикова, от Генеральной прокуратуры Российской Федерации - Н.Г.Хилькова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

1. ОАО "АвтоВАЗ", ОАО "Комбинат "Североникель", ООО "Верность", ТОО "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" и предприниматель без образования юридического лица А.Д.Чулков оспаривают конституционность части шестой статьи 231 Таможенного кодекса Российской Федерации, согласно которой предприятия, учреждения и организации, а также лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, могут быть привлечены к ответственности за нарушение таможенных правил, за исключением случаев, когда правонарушение произошло вследствие действия непреодолимой силы.

Кроме того, ООО "Верность" просит проверить конституционность статьи 230, пункта 6 статьи 291, абзаца четвертого статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации; ОАО "АвтоВАЗ" - абзаца четвертого статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации, предприниматель без образования юридического лица А.Д.Чулков - статьи 230 Таможенного кодекса Российской Федерации, поскольку полагают, что ими подтверждается неконституционность части шестой статьи 231 Таможенного кодекса Российской Федерации: статья 230 признает нарушением таможенных правил противоправное действие или бездействие, не определяя его как виновное; пункт 6 статьи 291 относит к обстоятельствам, исключающим производство по делу о нарушении таможенных правил организацией или индивидуальным предпринимателем, лишь случаи, когда правонарушение произошло вследствие действия непреодолимой силы; абзац четвертый статьи 320 устанавливает, что при производстве по делу о нарушении таможенных правил организацией или индивидуальным предпринимателем подлежит доказыванию сам факт совершения правонарушения, при том что применительно к физическому лицу и должностному лицу необходимо устанавливать и их виновность.

Указанные положения были применены к заявителям при привлечении их к ответственности за нарушение таможенных правил: к ТОО "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" - за недостоверное декларирование вывозимого медного концентрата (статья 279 Таможенного кодекса Российской Федерации), которое имело место вследствие того, что в сертификате химического состава на содержание драгоценных металлов и акте экспертизы содержались неверные сведения; к ОАО "АвтоВАЗ", ООО "Верность" и предпринимателю без образования юридического лица А.Д.Чулкову - за несвоевременное поступление (непоступление) валютных средств за экспортированный товар на счета в уполномоченном банке (статья 273 Таможенного кодекса Российской Федерации), которое было вызвано в отношении ОАО "АвтоВАЗ" и А.Д.Чулкова нарушением зарубежным партнером условий договора, а в отношении ООО "Верность" - уменьшением законодательно установленных сроков зачисления валютной выручки за экспортированный товар по сравнению с указанными в договоре; к ОАО "Комбинат "Североникель" - за действия, направленные на неправомерное освобождение от таможенных платежей или их занижение, выразившиеся в заявлении в таможенной декларации недостоверных сведений (статья 282 Таможенного кодекса Российской Федерации), что было связано с внесением в правовые акты, регулирующие таможенные отношения, изменений, о которых, по утверждению заявителя, он не знал и не мог знать.

По мнению заявителей, эти положения, допуская возможность ответственности предприятий, учреждений и организаций, а также лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, за сам факт нарушения таможенных правил, безотносительно к наличию их вины, нарушают тем самым закрепленные Конституцией Российской Федерации принципы справедливости (статьи 1 и 7), равенства физических и юридических лиц (статья 19, часть 1), соразмерности ответственности (статья 55, часть 3), презумпции невиновности (статья 49), а также право частной собственности (статьи 8 и 35) и право на осуществление предпринимательской деятельности (статья 34).

1.1. Оценка конституционности оспариваемых норм требует выявления их конституционно-правового смысла на основании вытекающих из Конституции Российской Федерации общих принципов юридической ответственности, которые по своему существу относятся к основам правопорядка и оказывают непосредственное влияние на конституционно-правовой статус физических и юридических лиц в Российской Федерации (статьи 49, 50, 54 и 64). В частности, как следует из статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями. Наличие состава правонарушения является, таким образом, необходимым основанием для всех видов юридической ответственности, при этом признаки состава правонарушения, прежде всего в публично-правовой сфере, как и содержание конкретных составов правонарушения должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами ответственности, что относится и к ответственности за нарушение таможенных правил.

При отсутствии состава таможенного правонарушения производство по делу о нарушении таможенных правил, согласно пункту 2 статьи 291 Таможенного кодекса Российской Федерации, не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению. Как следует из этого положения во взаимосвязи с пунктом 1 той же статьи, согласно которому основанием освобождения от ответственности является отсутствие события таможенного правонарушения (при том, что пункты 1 и 2 распространяются на всех субъектов таможенных отношений), привлечение к ответственности юридических лиц и граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, за совершение нарушения таможенных правил не может обосновываться одним только фактом нарушения таможенных правил. К основаниям ответственности, исходя из общего понятия состава правонарушения, относится и вина, если в самом законе прямо и недвусмысленно не установлено иное, что соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 21 января 2001 года по делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отсутствие вины при нарушении таможенных правил является, таким образом, одним из обстоятельств, исключающих производство по делу о данном нарушении, поскольку свидетельствует об отсутствии самого состава таможенного правонарушения. Это предполагается и оспариваемыми положениями части шестой статьи 231, статьи 230, пункта 6 статьи 291, абзаца четвертого статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации, применяемыми в системной связи с его главой 39, которой определяются виды нарушений таможенных правил и ответственность за них.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Дату вышеупомянутого постановления Конституционного Суда РФ следует читать как "от 25 января 2001 г."

Иная трактовка состава таможенного правонарушения как основания ответственности противоречила бы и природе правосудия: суд, обеспечивающий в связи с привлечением к ответственности за нарушение таможенных правил защиту прав и свобод физических и юридических лиц посредством судопроизводства, основанного на состязательности и равноправии сторон (статья 123 Конституции Российской Федерации), не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения таможенных правил, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины соответствующих субъектов, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания.

Применительно к сфере уголовной ответственности Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 49 презумпцию невиновности, т.е. возлагает обязанность по доказыванию вины в совершении противоправного деяния на соответствующие государственные органы. В процессе правового регулирования других видов юридической ответственности законодатель вправе решать вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, учитывая при этом особенности соответствующих отношений и их субъектов (в частности, предприятий, учреждений, организаций и лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица), а также требования неотвратимости ответственности и интересы защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и свобод других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 15, часть 2; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Решая вопрос о распределении бремени доказывания вины, законодатель вправе - если конкретный состав таможенного правонарушения не требует иного - освободить от него органы государственной власти при обеспечении возможности для самих субъектов правонарушений, в том числе юридических лиц и граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, подтверждать свою невиновность. По смыслу оспариваемых положений Таможенного кодекса Российской Федерации, предприятия, учреждения и организации, а также лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, не могут быть лишены возможности доказать, что нарушение таможенных правил вызвано чрезвычайными, объективно не предотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для данных субъектов препятствиями, находящимися вне их контроля, при том что они действовали с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения таможенных обязанностей, и что с их стороны к этому были приняты все меры.

В целях реализации настоящего постановления издано письмо ГТК РФ от 21 января 2002 г. N 01-06/2052 о доказывании вины юридических лиц

Такое регулирование, касающееся содержания и бремени доказывания вины субъектов отношений, связанных с международным обменом товарами, работами, услугами, информацией, результатами интеллектуальной деятельности, содержится и в ряде международно-правовых актов, признанных Российской Федерацией и являющихся составной частью ее правовой системы (статья 15, часть 4, Конституции Российской Федерации). Так, Конвенцией ООН от 11 апреля 1980 года "О договорах международной купли-продажи товаров" предусмотрено, что "сторона не несет ответственности за неисполнение любого из своих обязательств, если докажет, что оно было вызвано препятствием вне ее контроля и что от нее нельзя было разумно ожидать принятия этого препятствия в расчет при заключении договора либо избежания или преодоления этого препятствия или его последствий" (пункт 1 статьи 79).

Ряд других международно-правовых актов также допускают претерпевание лицом, виновность которого не должна доказываться государственными органами, неблагоприятных последствий нарушения таможенных правил, при том что ему предоставляется возможность доказать свою невиновность (статья 16 Конвенции об унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок от 12 октября 1929 года, статья 11 Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов от 19 мая 1956 года, стандарты 5.2. и 5.3. Приложения к Конвенции по облегчению международного морского судоходства от 9 апреля 1965 года). Кроме того, возможность освобождения органов государственной власти от обязанности доказывать вину субъекта, нарушившего таможенные правила, предусмотрена стандартным правилом 25 Приложения Н к не ратифицированной Российской Федерацией Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур 1973 года (в редакции Протокола о ее изменении от 26 июня 1999 года), что отражает тенденции и содержание соответствующего законодательного регулирования во многих странах.

Российская Федерация в своем таможенном законодательстве не может не учитывать эти подходы, поскольку интересы защиты экономической основы суверенитета требуют признания принципа единства и взаимности, согласно которому государство не может ставить себя в невыгодные с точки зрения таможенных режимов правовые условия по сравнению с другими странами. Такая правовая позиция выражена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 14 мая 1999 года по делу о проверке конституционности положений части первой статьи 131 и части первой статьи 380 Таможенного кодекса Российской Федерации.

Публично-правовые таможенные отношения, возникающие в связи с перемещением через таможенную границу товаров, непосредственно связаны с имущественными отношениями с участием как зарубежных, так и российских контрагентов, на которых возложено и обеспечение соблюдения таможенных требований. При этом исполнение публично-правовых по своему характеру таможенных обязанностей во многом зависит от исполнения имущественных обязательств соответствующих контрагентов.

Предоставление субъекту таможенных правоотношений правомочия доказывать свою невиновность корреспондирует его возможностям по принятию мер, обеспечивающих выполнение контрагентами имеющихся у них обязательств перед ним, с тем чтобы в свою очередь не утратить возможность для исполнения своих публично-правовых (таможенных) обязанностей, которое не может обеспечиваться в меньшей степени, чем выполнение обязательств в имущественных отношениях: на нем лежит забота о выборе контрагента и обеспечении выполнения последним принятых обязательств любыми законными способами, он отвечает за неисполнение публичных обязанностей, связанных, в том числе и с действиями (бездействием) его контрагентов. Это, однако, не исключает, что в дальнейшем имущественные права привлеченного к ответственности субъекта таможенных отношений могут быть восстановлены путем предъявления иска контрагенту, действия (бездействие) которого повлекли наложение взыскания.

1.2. Оспариваемые положения Таможенного кодекса Российской Федерации, касающиеся оснований и условий применения ответственности за таможенные правонарушения, относятся только к предприятиям, учреждениям, организациям, а также физическим лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и не распространяются на иных физических лиц. Это не является нарушением принципа равенства всех перед законом (статья 19, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации), который гарантирует одинаковые права и обязанности для субъектов, относящихся к одной категории, и не исключает возможность установления различных условий привлечения к ответственности для различных категорий субъектов права (в данном случае - юридических лиц и лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, с одной стороны, и физических лиц, с другой). Такие различия, однако, не могут быть произвольными, они должны основываться на объективных характеристиках соответствующих категорий субъектов.

Учредитель предприятия, учреждения и организации, наделяя их правом участвовать в хозяйственном обороте, влекущем возникновение таможенных обязанностей, возлагает на них и риски, сопутствующие такой деятельности, в том числе связанные с условиями их привлечения к ответственности. Гражданин, начиная осуществление деятельности в качестве предпринимателя без образования юридического лица, то есть получая в дополнение к общему для всех граждан статусу новые возможности, позволяющие заниматься деятельностью, направленной на получение прибыли, также принимает на себя риски и возможные ограничения, связанные с такого рода деятельностью, и должен нести дополнительные обременения. Поэтому оспариваемые положения, распространяясь в равной мере на все юридические лица и граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, как на особую категорию субъектов таможенных правоотношений, и с этой точки зрения не противоречат принципу равенства перед законом.

1.3. Таким образом, положение части шестой статьи 231 и находящиеся во взаимосвязи с ним положения статьи 230, пункта 6 статьи 291 и абзаца четвертого статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации в части, касающейся условий ответственности предприятий, организаций, учреждений, а также лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, за нарушение таможенных правил, не противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку ими не исключается возможность для данных субъектов должным образом подтверждать, что нарушение таможенных правил вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для данных субъектов препятствиями, находящимися вне их контроля, при соблюдении субъектами той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от них в целях надлежащего исполнения таможенных обязанностей.

Согласно статье 6 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" выявленный Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Постановлении конституционный смысл указанных положений обязателен для всех правоприменителей, что должно исключать имеющий место в практике таможенных органов и судов отказ от оценки представляемых юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями доказательств их невиновности в нарушении таможенных правил.

2. ООО "Вита-Плюс" и гражданин А.Д.Чулков, занимающийся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, на основании статьи 273 Таможенного кодекса Российской Федерации были привлечены к ответственности за нарушение требований таможенного режима "экспорт товаров", выразившееся в несвоевременном зачислении валютной выручки от экспорта на счет в уполномоченном банке, и подвергнуты штрафу в размере, соответственно, 1% и 10% экспортной валютной выручки.

В своих жалобах в Конституционный Суд Российской Федерации заявители оспаривают конституционность статьи 273 Таможенного кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за нарушение ограничений, требований и условий таможенного режима, не указанных в других статьях главы 39 данного Кодекса. По мнению заявителей, диспозиция данной статьи не устанавливает точных оснований ответственности, а санкция несоразмерна характеру и степени общественной опасности правонарушения, что противоречит Конституции Российской Федерации, ее статьям 8 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (часть 1) и 55 (часть 3).

ООО "Вита-Плюс" оспаривает также конституционность статьи 24 Таможенного кодекса Российской Федерации, согласно которой в случае, если данным Кодексом не предусмотрены положения, регулирующие отдельные вопросы применения таможенных режимов, Правительство Российской Федерации и Государственный таможенный комитет Российской Федерации в пределах своей компетенции вправе впредь до принятия соответствующих законодательных актов Российской Федерации определять особенности правового регулирования таможенных режимов, а также устанавливать таможенные режимы, не предусмотренные данным Кодексом.

Как утверждает заявитель, статья 24 Таможенного кодекса Российской Федерации позволяет расширять круг связанных с таможенными режимами составов таможенных правонарушений, как они определены диспозицией его статьи 273, на основании подзаконных нормативных актов федеральных органов исполнительной власти, что противоречит Конституции Российской Федерации, ее статьям 34 (часть 1), 35 (часть 1) и 55 (часть 3).

2.1. Как следует из пункта 16 статьи 10, статей 22, 108 и 198 - 200 Таможенного кодекса Российской Федерации, перемещение экспортной валютной выручки через таможенную границу Российской Федерации подпадает под таможенный режим "экспорт товаров", предусмотренный пунктом 12 статьи 23 данного Кодекса; перемещение через таможенную границу иностранной валюты и других валютных ценностей осуществляется в соответствии с валютным законодательством Российской Федерации, а валютный контроль за ее перемещением производится таможенными органами в пределах их компетенции.

Законом Российской Федерации от 9 октября 1992 года "О валютном регулировании и валютном контроле" (в редакции от 5 июля 1999 года) установлена обязанность экспортеров зачислять валютную выручку на счет в уполномоченном банке в определенный срок (подпункт "а" пункта 9 статьи 1, пункты 1 и 3 статьи 5). Это положение конкретизировано в приказе Государственного таможенного комитета Российской Федерации от 24 июля 1995 года N 467 "О порядке применения нормы права, установленной статьей 273 Таможенного кодекса Российской Федерации" и Указе Президента Российской Федерации от 18 августа 1996 года N 1209 "О государственном регулировании внешнеторговых бартерных сделок", согласно которым правило о зачислении экспортерами в определенный срок валютной выручки на счет в банке относится к требованиям таможенного режима "экспорт товаров", установленным статьей 98 Таможенного кодекса Российской Федерации.

Данное разъяснение не вводит таможенный режим, не предусмотренный Таможенным кодексом Российской Федерации, и не содержит новых требований к режиму "экспорт товаров". Следовательно, обязанность экспортеров зачислять в определенный срок валютную выручку на счет в уполномоченном банке установлена, а ее несоблюдение влечет ответственность за нарушение таможенного режима "экспорт товаров" на основании диспозиции статьи 273 Таможенного кодекса Российской Федерации в системной связи с нормами Закона Российской Федерации "О валютном регулировании и валютном контроле", т.е. предусмотрена самим Таможенным кодексом Российской Федерации, а не подзаконными нормативными актами федеральных органов исполнительной власти.

Таким образом, при привлечении заявителей к ответственности за несвоевременное зачисление валютной выручки на основании диспозиции статьи 273 Таможенного кодекса Российской Федерации его статья 24 не применялась, и, следовательно, диспозиция статьи 273 не может рассматриваться как нарушающая их конституционные права.

2.2. Санкция статьи 273 Таможенного кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность в виде штрафа в размере от ста до двухсот процентов стоимости товаров и транспортных средств, являющихся непосредственными объектами правонарушения, с их конфискацией или без таковой, либо с взысканием стоимости таких товаров и транспортных средств или без такового, либо с отзывом лицензии или квалификационного аттестата или без их отзыва.

Согласно статье 71 (пункт "ж") Конституции Российской Федерации валютное и таможенное регулирование относится к ведению Российской Федерации. Исходя из необходимости защиты российского рынка, стимулирования развития национальной экономики, обеспечения наиболее эффективного использования инструментов таможенного контроля и регулирования товарообмена на таможенной территории, т.е. реализации задач экономической политики Российской Федерации, федеральный законодатель определяет основания, а также виды и меры ответственности за нарушение таможенных и валютных правил.

Выбор же конкретной меры взыскания, соразмерной содеянному, относится к компетенции правоприменителя, который обязан учитывать все обстоятельства дела, в том числе характер и степень общественной опасности деяния. Именно из этого исходили таможенные органы, определяя размер штрафных санкций, подлежащих применению в отношении заявителей.

Таким образом, и санкция статьи 273 Таможенного кодекса Российской Федерации не может рассматриваться как влекущая нарушение конституционных прав и свобод. Разрешение же вопроса о проверке правильности применения к ООО "Вита-Плюс" и гражданину А.Д.Чулкову конкретных мер ответственности в силу статьи 125 Конституции Российской Федерации и статьи 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относится.

При таких обстоятельствах производство по делу в части, касающейся проверки конституционности статей 24 и 273 Таможенного кодекса Российской Федерации в соответствии с пунктами 1 и 2 части первой статьи 43 и статьей 68 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" подлежит прекращению.

3. Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, ООО "Невско-Балтийская транспортная компания" и ТОО "Эконт" оспаривают конституционность части второй статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации, согласно которой взыскания в виде конфискации (взыскания стоимости) товаров и транспортных средств, явившихся непосредственными объектами нарушения таможенных правил, предусмотренные пунктами 4 - 6 статьи 242 данного Кодекса, налагаются независимо от времени совершения или обнаружения нарушения таможенных правил и независимо от того, являются они основными или дополнительными.

По мнению заявителей, данная норма позволяет налагать указанные в ней взыскания без ограничения срока, что не соответствует статьям 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (часть 1), 50 (часть 1) и 55 (часть 2 и 3) Конституции Российской Федерации; кроме того, после истечения срока, установленного частью первой статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации для применения основных взысканий, она позволяет налагать дополнительные взыскания в виде конфискации (взыскания стоимости) товаров и транспортных средств без применения основных, что не соответствует статьям 19 (часть 1) и 50 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

3.1. По смыслу статей 8 (часть 1), 19 (часть 1), 34 (часть 1) и 35 (часть 1) Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель, принимая законы в области таможенного регулирования, обязан учитывать не только публичные интересы государства, связанные с его экономической безопасностью, но и частные интересы физических и юридических лиц как субъектов гражданских правоотношений и внешнеэкономической деятельности.

После перемещения через таможенную границу товары поступают в имущественный оборот и уже через непродолжительное время могут не только находиться в собственности или законном владении других лиц, но и многократно поменять собственника (владельца). Указанная особенность таможенных и взаимосвязанных с ними гражданско-правовых отношений нередко связана с привлечением лиц, у которых произведена конфискация (взыскание стоимости) товаров, явившихся непосредственными объектами (предметами) таможенных правонарушений, по инициативе контрагентов к гражданско-правовой ответственности. Между тем Гражданский кодекс Российской Федерации ограничивает такую возможность сроком исковой давности (статья 195 - 197), истечение которого является основанием к вынесению решения об отказе в иске (статья 199).

При таких условиях конфискация (взыскание стоимости) товаров и транспортных средств независимо от времени совершения или обнаружения нарушения таможенных правил может привести к дестабилизации экономических отношений, нарушению гарантий свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств, поддержки конкуренции, свободы экономической деятельности, а также к ограничению равенства субъектов этих отношений перед законом и судом, права на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной деятельности, права частной собственности (статья 8, часть 1; статья 19, часть 1; статья 34, часть 1; статья 35, часть 1, Конституции Российской Федерации). Это не согласуется также с вытекающим из статьи 1 (часть 1) Конституции Российской Федерации и обязательным в демократическом правовом государстве требованием справедливости при применении ответственности за правонарушение, и противоречит статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, не допускающей несоразмерное указанным в ней конституционно-значимым целям ограничение прав и свобод человека и гражданина.

Поддержание - в целях обеспечения конституционных гарантий прав и свобод граждан - баланса публичных интересов государства и частных интересов субъектов, участвующих в таможенных и сопряженных с ними гражданско-правовых отношениях, диктует необходимость установления ограничительных сроков для применения конфискации (взыскания стоимости) товаров и транспортных средств, явившихся непосредственным объектом нарушения таможенных правил. Тем более что для таможенного контроля предусмотрен срок хранения документов и сведений (статья 182 Таможенного кодекса Российской Федерации). Закрепленный данной нормой трехлетний срок фактически определяет и временные рамки, в пределах которых может быть обеспечено получение доказательств в отношении фактов нарушения таможенных правил для привлечения лица к ответственности. Законодатель тем самым допускает, что за пределами этого срока совершенное правонарушение не получит документального подтверждения, а следовательно, исключается и наказание за него.

Согласно части первой статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации срок наложения взыскания за нарушение таможенных правил, предусмотренных пунктами 1 - 3 статьи 242 данного Кодекса, исчисляется со дня обнаружения правонарушения. Данный порядок, однако, не может быть распространен на все случаи конфискации (взыскания стоимости) товаров и транспортных средств. При условии, что в гражданско-правовых отношениях срок исковой давности в соответствии со статьей 200 ГК Российской Федерации исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, в таможенных правоотношениях применение к оконченному правонарушению правила об исчислении срока наложения взыскания со дня обнаружения не обеспечивает разумное соотношение между публично-правовыми интересами государства и частно-правовыми интересами субъектов внешнеэкономической деятельности. В данном случае исчисление срока для наложения взыскания за нарушение таможенных правил в виде конфискации (взыскания стоимости) товаров, явившихся непосредственными объектами правонарушения, должно производиться с момента совершения правонарушения. Вместе с тем это правило неприменимо к длящимся правонарушениям, по которым исчисление срока наложения взысканий должно начинаться со времени обнаружения правонарушения.

Таким образом, часть вторая статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации, как позволяющая производить конфискацию (взыскание стоимости) товаров и транспортных средств, явившихся непосредственными объектами (предметами) таможенных правонарушений, независимо от времени совершения или обнаружения нарушения таможенных правил, не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (часть 1), 50 (часть 1) и 55 (часть 2 и 3).

В силу статей 10 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 71 (пункт "ж") и 76 (часть 1) установление соответствующих ограничительных сроков относится к компетенции федерального законодателя. Впредь до их установления, по смыслу статьи 196 ГК Российской Федерации и статьи 182 Таможенного кодекса Российской Федерации, должен действовать трехлетний срок, в течение которого допускается наложение взыскания в виде конфискации (взыскание стоимости) товара и транспортных средств, явившихся непосредственными объектами (предметами) нарушения таможенных правил. Это не означает, что законодатель не вправе установить в зависимости от вида таможенного правонарушения иной срок для наложения таких взысканий.

Перечисляя виды взысканий за таможенные правонарушения, статья 242 Таможенного кодекса Российской Федерации не разделяет их на основные и дополнительные. Однако такое разделение может быть осуществлено на основе других положений Таможенного кодекса Российской Федерации, устанавливающих ответственность за конкретные виды нарушений таможенных правил, а также части первой статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации, запрещающей применение отдельных видов взысканий по истечении предельного срока со дня обнаружения правонарушения.

Часть вторая статьи 247 во взаимосвязи со статьей 242 Таможенного кодекса Российской Федерации не запрещает использовать одно и то же взыскание как в качестве основного, так и в качестве дополнительного либо применять дополнительное взыскание без основного и не требуют их совместного применения. Наложение указанных в них мер взыскания производится в рамках производства по одному и тому же нарушению таможенных правил, одним и тем же правоприменительным органом, а потому не может рассматриваться как повторное осуждение, на недопустимость которого указано в статье 50 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Не ограничивается при этом и принцип равенства перед законом и судом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации), поскольку оспариваемая норма является общей для всех участников таможенных правоотношений.

Таким образом, часть вторая статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации в части, позволяющей налагать дополнительные взыскания, предусмотренные пунктами 4 - 6 статьи 242 Таможенного кодекса Российской Федерации, без применения основных, не противоречит Конституции Российской Федерации.

4. ТОО "Эконт" оспаривает конституционность части первой статьи 279 Таможенного кодекса Российской Федерации, согласно которой недекларирование или недостоверное декларирование товаров и транспортных средств, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации, то есть незаявление по установленной письменной, устной или иной форме достоверных сведений либо заявление недостоверных сведений о товарах и транспортных средствах, их таможенном режиме и других сведений, необходимых для таможенных целей, за исключением случаев, предусмотренных статьями 258, 262, 263, 274, 275, 276, 277, 278 и 282 данного Кодекса, при отсутствии признаков контрабанды влечет наложение штрафа в размере от ста до двухсот процентов стоимости товаров и транспортных средств, являющихся непосредственными объектами правонарушения, с их конфискацией или без таковой, либо с взысканием стоимости таких товаров и транспортных средств или без такового, либо с отзывом лицензии или квалификационного аттестата или без их отзыва.

По мнению заявителя, данная норма позволяет налагать одновременно два взыскания за одно правонарушение - взыскивать штраф, исчисляемый от стоимости товаров и транспортных средств, явившихся непосредственными объектами (предметами) нарушения таможенных правил, и их стоимость, что не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (часть 1) и 55 (части 2 и 3). Кроме того, нарушение своих конституционных прав заявитель усматривает в том, что при наложении на него взыскания не были приняты во внимание отсутствие в его действиях вины в виде умысла или неосторожности.

Из части первой статьи 279 во взаимосвязи со статьями 243, 245 и 247 Таможенного кодекса Российской Федерации следует, что штраф является основным денежным взысканием, исчисляемым исходя из стоимости товаров и транспортных средств, являющихся непосредственными объектами правонарушения, а взыскание их стоимости применяется в качестве дополнительного наказания и состоит в принудительном изъятии денежной суммы, составляющей свободную (рыночную) цену таких товаров и транспортных средств, т.е. выступает своеобразным эквивалентом конфискации в случае, когда конфискация невозможна или нецелесообразна.

Как следует из представленных материалов, после истечения срока, предусмотренного частью первой статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации, штраф за таможенное правонарушение на ТОО "Эконт" не налагался, - с него была взыскана стоимость товара, поставленного по внешнеторговому контракту иностранному партнеру.

Таким образом, применением части первой статьи 279 Таможенного кодекса Российской Федерации его конституционные права нарушены не были, а потому производство по настоящему делу в этой части подлежит прекращению. Разрешение же вопроса о том, имели ли место в действиях заявителя умысел или неосторожность, связано с проверкой законности и обоснованности принятых по его делу правоприменительных решений, что к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относится.

Вместе с тем, если дело ТОО "Эконт" было разрешено на основании части шестой статьи 231 во взаимосвязи с положениями статьи 230, пункта 6 статьи 291 и абзаца четвертого статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Постановлении, принятые по нему правоприменительные решения подлежат пересмотру в установленном порядке.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 68, частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 75, 100 и 104 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

1. Признать положение части шестой статьи 231 и находящиеся во взаимосвязи с ним положения статьи 230, пункта 6 статьи 291 и абзаца четвертого статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации в части, касающейся ответственности предприятий, организаций, учреждений, а также лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, за нарушение таможенных правил, не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку ими не исключается возможность для данных субъектов таможенных отношений должным образом подтверждать, что нарушение таможенных правил вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне их контроля, при соблюдении ими той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от них в целях надлежащего исполнения таможенных обязанностей.

2. Признать часть вторую статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации, как позволяющую налагать взыскания в виде конфискации (взыскания стоимости) товаров и транспортных средств независимо от времени совершения или обнаружения нарушения таможенных правил, не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 1 (часть 1), 8 (часть 1), 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (часть 1 и 2) и 55 (часть 3).

соответствующие сроки, такие взыскания не могут налагаться позднее трех лет с момента нарушения таможенных правил, а для длящегося правонарушения - с момента его обнаружения.

3. Признать часть вторую статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации, как позволяющую налагать дополнительные взыскания, предусмотренные пунктами 4 - 6 статьи 242 Таможенного кодекса Российской Федерации, без применения основных взысканий, не противоречащей Конституции Российской Федерации.

4. Прекратить производство по делу в части, касающейся проверки конституционности статей 24, 273 и части первой статьи 279 Таможенного кодекса Российской Федерации.

5. Дела ООО "Невско-Балтайская транспортная компания" и ТОО "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" подлежат пересмотру в установленном законом порядке, если основанием вынесенных по ним решений явились положения части второй статьи 247 Таможенного кодекса Российской Федерации, позволяющие налагать взыскания в виде конфискации (взыскания стоимости) товаров и транспортных средств независимо от срока совершения или обнаружения нарушения таможенных правил.

Дела ОАО "АвтоВАЗ", ОАО "Комбинат "Североникель", ООО "Верность", ТОО "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" и предпринимателя без образования юридического лица А.Д.Чулкова, разрешенные на основании части шестой статьи 231 во взаимосвязи с положениями статьи 230, пункта 6 статьи 291 и абзаца четвертого статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Постановлении, подлежат пересмотру компетентными органами в установленном порядке.

6. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

7. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации
Назад Оглавление Вперед


Новости
| Европейская конвенция | Европейский Суд | Совет Европы | Документы | Библиография | Вопросы и ответы | Ссылки


© Council of Europe 2002  Разработка: Компания "ГАРАНТ"
Проект финансируется при поддержке
Правительства Соединенного Королевства