здание Совета Европы
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Новоcти
Библиoграфия
Вoпросы и oтветы
Сcылки

Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru
Назад Оглавление Вперед

4. Отказывая Определением от 19 февраля 2004 года N 121-О в принятии к рассмотрению жалобы, в которой оспаривалась конституционность части второй статьи 397 ГПК Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации исходил, в частности, из того, что невозможность самостоятельного обжалования судебных определений о пересмотре дел по вновь открывшимся обстоятельствам не препятствует заинтересованным лицам отстаивать свою позицию при пересмотре дела в суде, не лишает лиц, участвующих в деле, гарантированного им статьей 396 ГПК Российской Федерации права на извещение о времени и месте судебного заседания и на участие в заседании суда, рассматривающего заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам, в случае удовлетворения такого заявления - защищать свои права и законные интересы в новом судебном заседании, а после завершения пересмотра дела по вновь открывшимся обстоятельствам и вынесения нового решения - включать доводы о незаконности или необоснованности соответствующего определения в апелляционную или кассационную жалобу (часть вторая статьи 331, часть вторая статьи 371 ГПК Российской Федерации), а также обжаловать состоявшиеся по делу судебные постановления в порядке надзора (глава 41 ГПК Российской Федерации).

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации сослался на правовую позицию, выраженную в Постановлении от 2 июля 1998 года N 20-П, в соответствии с которой сама по себе отсрочка в рассмотрении жалоб на решения и действия суда не является недопустимой, однако в тех случаях, когда определения или постановления суда первой инстанции порождают последствия, выходящие за рамки собственно уголовно-процессуальных правоотношений, существенно ограничивая при этом конституционные права и свободы личности и причиняя им вред, восполнение которого в дальнейшем может оказаться неосуществимым, отсроченный контроль за законностью и обоснованностью таких судебных решений не является достаточной гарантией прав и свобод человека и гражданина и не может быть признан соответствующим статьям 21 (часть 1), 22 (часть 1), 45 (часть 2) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации.

Применительно к осуществлению гражданского судопроизводства приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации означает, что определение об удовлетворении заявления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам, приводящее к отмене вступившего в законную силу судебного постановления и тем самым - к отступлению от принципа правовой определенности как неотъемлемого элемента права на суд по смыслу статьи 46 Конституции Российской Федерации и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, порождает последствия, выходящие за рамки гражданских процессуальных правоотношений; такое определение, в результате принятия которого полностью меняется итог судебного разбирательства (отменяется вынесенное и вступившее в законную силу судебное постановление, возможен также поворот исполнения уже исполненного судебного постановления), - исходя из целей обеспечения фундаментальных процессуальных гарантий участникам гражданского судопроизводства - не должно рассматриваться как промежуточное судебное постановление, обжалование которого может быть перенесено на стадию после рассмотрения дела по существу и вынесения нового решения.

Возможность такого обжалования не восполняет недостатки существующего гражданского процессуального регулирования и не является эффективным средством защиты нарушенных прав лица, судебное решение в пользу которого было необоснованно (неправомерно) отменено в процедуре, предусмотренной главой 42 ГПК Российской Федерации, в том числе и потому, что в этом случае объектом обжалования будет новое судебное постановление, вынесенное по итогам рассмотрения дела по существу на основе всей совокупности как уже известных, так и вновь открывшихся обстоятельств, а не правомерность отмены ранее вынесенного окончательного судебного постановления.

Кроме того, отмену судебного постановления, уже вступившего в законную силу, а зачастую и исполненного, может повлечь сам факт обращения заинтересованного лица с заявлением о его пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам, при том что при рассмотрении такого рода заявлений не исключена вероятность судебной ошибки, обусловленная оценочным характером закрепленного в пункте 1 части второй статьи 392 ГПК Российской Федерации основания для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам (существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю).

Следует также учитывать, что использование пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам в качестве средства правовой защиты означает необходимость нового прохождения всех стадий судопроизводства, что в случае неправомерного возобновления производства по делу влечет противоречащее принципу процессуальной экономии и требованию эффективности судопроизводства неоправданное и лишенное смысла использование временных, финансовых и кадровых ресурсов государства для нового рассмотрения дела, а для сторон по делу, в том числе той из них, в пользу которой состоялось судебное решение, порождает необоснованное состояние неопределенности относительно ее правового положения, установленного отмененным судебным решением.

Таким образом, часть вторая статьи 397 ГПК Российской Федерации, исключая возможность кассационной (апелляционной) проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции об удовлетворении заявления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам и, соответственно, об отмене данного судебного постановления и не предусматривая адекватных средств исправления незаконных и необоснованных решений, нарушает конституционное право граждан на судебную защиту, закрепленное в статье 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации.

5. Удовлетворение заявления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам и, соответственно, отмена данного судебного постановления не предопределяют итоговое решение суда по делу, которое в таких случаях, как требует часть третья статьи 397 ГПК Российской Федерации, рассматривается по правилам, установленным данным Кодексом (проводится новое судебное разбирательство, заново исследуются доказательства, стороны вправе представить новые доказательства, в процесс могут быть привлечены новые участники).

Между тем с момента вступления судебного постановления в законную силу и до его отмены проходит, как правило, значительный промежуток времени, в связи с чем лицо, в пользу которого ранее было вынесено решение, далеко не всегда имеет возможность эффективно защищать свои права, а потому особую важность для него приобретает возможность кассационной (апелляционной) проверки выводов суда относительно наличия вновь открывшихся обстоятельств. Отсутствие такой возможности изначально ставит указанных лиц в заведомо неблагоприятное положение по отношению к их процессуальным соперникам, что недопустимо в силу статьи 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Устанавливая запрет на обжалование в кассационном (апелляционном) порядке определения суда первой инстанции об удовлетворении заявления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам и не позволяя тем самым эффективно контролировать обоснованность отмены этого судебного постановления и возобновления рассмотрения дела, часть вторая статьи 397 ГПК Российской Федерации лишает заинтересованных лиц адекватных средств правовой защиты от произвольной отмены судебных постановлений, вступивших в законную силу, что в свою очередь может повлечь на этой стадии гражданского судопроизводства, носящей экстраординарный характер, неоправданные отступления от принципа правовой определенности и стабильности судебных актов. Тем самым нарушаются право на справедливое судебное разбирательство, как оно гарантировано в том числе статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и, соответственно, - вытекающие из ее статьи 13 международные обязательства Российской Федерации.

6. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, из принципа юридического равенства применительно к реализации конституционного права на судебную защиту вытекает требование, в силу которого однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться одинаковым образом; соблюдение конституционного принципа равенства, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях); любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми такие различия допустимы, если они объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а для достижения этих целей используются соразмерные правовые средства (постановления от 24 мая 2001 года N 8-П, от 3 июня 2004 года N 11-П, от 15 июня 2006 года N 6-П, от 5 апреля 2007 года N 5-П, от 25 марта 2008 года N 6-П и от 26 февраля 2010 года N 4-П).

По смыслу статьи 118 (часть 2) Конституции Российской Федерации, согласно которой судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства, во взаимосвязи с ее статьями 126 и 127, гражданское судопроизводство, посредством которого осуществляют судебную власть суды общей юрисдикции и арбитражные суды, в своих принципах и основных чертах должно быть сходным для этих судов.

Действующее правовое регулирование института пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам вступивших в законную силу судебных актов в судопроизводстве, осуществляемом арбитражными судами, и гражданском судопроизводстве, осуществляемом судами общей юрисдикции, в целом идентично. Однако вопрос о возможности обжалования решения, постановления арбитражного суда об удовлетворении заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам и о возможности обжалования определения суда общей юрисдикции об удовлетворении аналогичного заявления решен в процессуальном законодательстве по-разному: если частью 5 статьи 317 АПК Российской Федерации заинтересованным лицам предоставляется право на обжалование соответствующего судебного акта, то часть вторая статьи 397 ГПК Российской Федерации такого права не предполагает, что означает установление пониженного уровня процессуальных гарантий защиты прав граждан в делах, рассматриваемых судами общей юрисдикции, которое не может быть оправдано спецификой этих дел и приводит к нарушению закрепленного в статье 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации принципа равенства всех перед законом и судом.

7. Как следует из статьи 75 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации в зависимости от характера рассматриваемого вопроса определяет особенности исполнения вынесенного им итогового решения.

В данном случае Конституционный Суд Российской Федерации считает необходимым установить, что впредь до внесения в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации изменений, обусловленных признанием части второй его статьи 397 не соответствующей Конституции Российской Федерации, суды общей юрисдикции не вправе отказывать в рассмотрении частных жалоб на определения судов первой инстанции об удовлетворении заявлений о пересмотре судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам. Такие частные жалобы должны рассматриваться в кассационном (апелляционном) порядке, установленном Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать часть вторую статьи 397 ГПК Российской Федерации не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2), в той мере, в какой она препятствует обжалованию в кассационном (апелляционном) порядке определений судов первой инстанции об удовлетворении заявлений о пересмотре судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам.

2. Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций, выраженных на их основе в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, - внести соответствующие изменения в регулирование порядка обжалования определений судов первой инстанции об удовлетворении заявлений о пересмотре судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам.

Впредь до внесения таких изменений суды общей юрисдикции не вправе отказывать в рассмотрении частных жалоб на указанные определения в кассационном (апелляционном) порядке, установленном Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

3. Правоприменительные решения, принятые по делам заявителей по настоящему делу - граждан И.В. Амосовой, Т.Т. Васильевой, К.Н. Жестковой, А.В. Зажарской, О.М. Коржавиной, Л.А. Курилиной, П.Е. Маслова, Е.Ю. Ногинской, Н.А. Ребченко, В.Н. Рыжковой и Ю.И. Цая, подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет других препятствий.

4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

5. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете" и "Собрании законодательства Российской Федерации". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Назад Оглавление Вперед


Новости
| Европейская конвенция | Европейский Суд | Совет Европы | Документы | Библиография | Вопросы и ответы | Ссылки


© Council of Europe 2002  Разработка: Компания "ГАРАНТ"
Проект финансируется при поддержке
Правительства Соединенного Королевства