здание Совета Европы
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Новоcти
Библиoграфия
Вoпросы и oтветы
Сcылки

Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru
Назад Оглавление Вперед

Статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколы к ней предполагают в качестве составляющей права на справедливое судебное разбирательство возможность исправления ошибочных судебных актов, однако лишь с учетом действия принципа правовой определенности в отношении правового статуса гражданина. Исходя из недопустимости повторного рассмотрения дела, завершившегося вынесением окончательного судебного акта, Европейский Суд по правам человека признает возможной отмену вступившего в законную силу судебного решения только в исключительных обстоятельствах (постановление от 28 октября 1999 года по делу "Брумэреску (Brumarescu) против Румынии"). Данная позиция получила развитие в постановлении Европейского Суда по правам человека от 24 июля 2003 года по делу "Рябых против России", из которого следует, что использование полномочия вышестоящего суда по пересмотру дела в целях исправления судебных ошибок не может быть скрытой формой ординарного обжалования, а одно лишь наличие различных точек зрения по рассматриваемому делу - основанием для его пересмотра.

Отступление от принципа правовой определенности может быть оправдано только обстоятельствами существенного и непреодолимого характера. В частности, возможность повторного рассмотрения уголовного дела, в рамках которого лицо уже было окончательно оправдано или осуждено, допускается, согласно статье 4 Протокола N 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или если в ходе предыдущего разбирательства были допущены существенные нарушения, повлиявшие на исход дела. Данную норму, сформулированную применительно к уголовному судопроизводству, Европейский Суд по правам человека посредством толкования во взаимосвязи со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод распространил и на гражданские дела, посчитав, что отступление от принципа правовой определенности в этих делах возможно для исправления существенного (фундаментального) нарушения, свидетельствующего о ненадлежащем отправлении правосудия (постановление от 23 июля 2009 года по делу "Сутяжник против России"). Степень же соответствия этому критерию оснований отмены судебного решения и оправданности отступления от указанного принципа в конкретном деле определяется Европейским Судом по правам человека индивидуально для каждого дела. Подавляющее большинство постановлений, вынесенных по жалобам против России, в которых рассматривался вопрос отмены по вновь открывшимся обстоятельствам судебных решений по гражданским делам, однотипны. В частности, в делах со сходными фактическими обстоятельствами, таких как дела о перерасчете пенсии по старости с применением повышенного коэффициента, Европейский Суд по правам человека признал нарушением принципа правовой определенности отмену вступивших в законную силу судебных решений, основанную на изменившемся толковании норм права высшим судом, которое влечет лишение заявителей по делу присужденных им ранее благ (сумм), предоставляемых государством или другими субъектами, выполняющими публичные функции. При этом отмечается, что хотя принятие судебного решения о выплате пенсии в определенном размере нельзя рассматривать как гарантию от изменения пенсионного законодательства в будущем, в том числе в ущерб определенному благосостоянию получателей пенсий, тем не менее государство не может произвольно вмешиваться в процесс судебного разрешения дела. Если, проиграв дело в суде, государство добилось возобновления производства по делу путем принятия нового законодательства и придания ему обратной силы, то это свидетельствует о возможном нарушении права на справедливое судебное разбирательство, как оно определено взаимосвязанными положениями пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и пункта 2 статьи 4 Протокола N 7 к ней.

Подобную практику Европейский Суд по правам человека рассматривает как недопустимое использование государством своих правомочий - не сопоставимых с возможностями индивида - по изменению нормативного регулирования (или толкования) для модификации неблагоприятной для него практики рассмотрения данной категории дел. Вмешательство государства должно быть соразмерно социально оправданной законной цели, а одна только его заинтересованность в единообразном применении закона о пенсиях не должна приводить к ретроспективному перерасчету присужденных денежных сумм (постановления от 18 ноября 2004 года по делу "Праведная против России", от 13 октября 2005 года по делу "Васильев против России", от 13 апреля 2006 года по делу "Сухобоков против России", от 18 января 2007 года по делу "Булгакова против России", от 19 июля 2007 года по делу "Кондрашина против России"). В постановлении от 7 июня 2007 года по делу "Кузнецова против России" Европейский Суд по правам человека подчеркивает, что процедура пересмотра дела по вновь открывшимся обстоятельствам сама по себе не противоречит принципу правовой определенности в той мере, в какой это необходимо для обеспечения справедливого правосудия; свою же задачу он видит в том, чтобы определить, совместима ли использованная процедура с положениями пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Из указанных решений Европейского Суда по правам человека следует, что отмена судебного решения в связи с приданием толкованию, данному высшим судом, обратной силы не может рассматриваться как нарушение принципа правовой определенности, если это необходимо для обеспечения справедливого правосудия и восстановления нарушенного права. Признавая нарушение статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в делах данной категории, Европейский Суд по правам человека не отрицает возможность рассматривать изменение толкования законодательства в качестве вновь открывшегося или нового обстоятельства, однако подчеркивает, что изменение правоприменительного толкования не оправдывает отмену судебного решения, вынесенного в пользу заявителя. Недопустимость отмены связывается им не с характером обстоятельств, как не существовавших на момент рассмотрения дела, а с тем, что отмена судебного решения, которое еще со времен римского права является "законом для сторон", привела к ухудшению установленного этим решением положения лица.

Таким образом, отмена судебного решения в связи с изменением высшим судебным органом уже после вынесения данного решения толкования положенных в его основу норм права, если она приводит к ухудшению правового положения гражданина, установленного судебным решением, рассматривается Европейским Судом по правам человека (вне зависимости от примененной процедуры отмены) как несовместимая с положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а критерием ее правомерности признается направленность на защиту приобретенного статуса гражданина или объединения граждан как заведомо более слабой стороны в отношениях с государством, что обеспечивает действие принципа правовой определенности в отношении правового статуса гражданина. Данный принцип не может рассматриваться как препятствующий отмене вступившего в законную силу судебного решения, если она необходима для восстановления прав гражданина или улучшения его правового положения (в частности, по основаниям, которые в иных случаях признавались бы неприемлемыми), что в целом соответствует и общим принципам действия норм права во времени, в том числе придания им обратной силы.

6. Положения статей 311 и 312 АПК Российской Федерации в системном единстве с другими положениями его главы 37 не предполагают возможность осуществления пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам иначе как в порядке, предусмотренном данной главой, с соблюдением общих правил о подсудности такого рода требований, процедуры и сроков их рассмотрения.

Признание постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации или постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, определяющего практику применения законодательства, основанием для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам судебных актов в связи с иным толкованием законодательства означает необходимость для заинтересованных лиц следовать общим нормам, регламентирующим производство по вновь открывшимся обстоятельствам. Соответственно, заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам должно подаваться в арбитражный суд, принявший оспариваемый судебный акт, и именно данный арбитражный суд согласно закону должен определять с учетом конкретных обстоятельств дела наличие или отсутствие оснований для такого пересмотра. Иное было бы нарушением конституционных принципов законного суда, а также независимости судей и подчинения их только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.

Как следует из постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14, на возможность пересмотра оспариваемого судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам указывается в определении об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в порядке надзора. Установление данного обстоятельства производится, таким образом, не арбитражным судом, принявшим оспариваемый судебный акт, а коллегиальным составом судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, наделенным в силу закона лишь функцией предварительного рассмотрения заявлений о пересмотре судебных актов в порядке надзора и решения вопроса о наличии оснований для передачи дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (судебных перспектив).

Поскольку какой-либо специальный механизм, позволяющий нижестоящему арбитражному суду, принявшему оспариваемый судебный акт, не согласиться с указанием коллегиального состава судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, фактически носящим обязательный характер, действующим арбитражным процессуальным законодательством не оговаривается, указание в определении коллегиального состава судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации об отказе в передаче дела в порядке надзора в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации на возможность пересмотра оспариваемого судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам не может иметь обязательного значения для арбитражного суда, принявшего оспариваемый судебный акт. Исходя из того что решение о возобновлении производства принимает именно данный арбитражный суд (статья 309 АПК Российской Федерации), придание указанию, сформулированному в определении коллегиального состава судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, обязательного характера означало бы нарушение конституционных принципов законного суда и независимости судей. Это не лишает коллегиальный состав судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации права указать на возможность такого пересмотра, хотя соответствующее указание не может рассматриваться как носящее обязательный характер для нижестоящего суда, принявшего оспариваемый судебный акт, и не устраняет необходимость соблюдения предусмотренных главой 37 АПК Российской Федерации требований к процессуальной форме при пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

При этом указание в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14 в целях обеспечения принципа правовой определенности и стабильности гражданского оборота на сроки для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам - только в пределах срока на обжалование судебных актов в порядке надзора (в течение шести месяцев) и в течение трех месяцев с момента получения заявителем копии определения об отказе в передаче дела в порядке надзора в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации - само по себе не может рассматриваться как нарушающее сроки, установленные статьей 312 АПК Российской Федерации, предусматривающей подачу заявления в арбитражный суд не позднее трех месяцев со дня обнаружения обстоятельств, являющихся основанием для такого пересмотра (часть 1), и допускающей восстановление пропущенного срока в течение шести месяцев со дня открытия этих обстоятельств (часть 2).

Следовательно, взаимосвязанные положения статей 311 и 312 АПК Российской Федерации - в их истолковании, данном в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14, - не могут рассматриваться как устанавливающие наличие указания коллегиального состава судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в качестве обязательного условия дальнейшего пересмотра оспариваемого судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам и не исключают возможность непосредственного обращения заинтересованного лица с заявлением о пересмотре судебного акта, вступившего в законную силу, по вновь открывшимся обстоятельствам в соответствии с главой 37 АПК Российской Федерации в установленные ею сроки.

7. Таким образом, положения пункта 1 статьи 311 и части 1 статьи 312 АПК Российской Федерации в их истолковании Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации, данном в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14, в системе действующего правового регулирования пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам - как направленные на обеспечение справедливости судебных решений, полную и эффективную судебную защиту прав и свобод - не противоречат Конституции Российской Федерации по содержанию норм (пункт 1 части первой статьи 86 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации).

Сформированный на основании положений статей 311 и 312 АПК Российской Федерации в их истолковании Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации механизм пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам вытекает из полномочий Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, закрепленных статьей 127 Конституции Российской Федерации, и не может быть признан нарушающим конституционные критерии законного суда и независимости судей исключительно на том основании, что постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14 дано более широкое толкование этих положений, которое продиктовано актуальными потребностями арбитражного судопроизводства. Учитывая, что с момента вступления в силу настоящего Постановления положения статей 311 и 312 АПК Российской Федерации в их истолковании Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации, данном в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14, подлежат применению в выявленном Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правовом смысле, Конституционный Суд Российской Федерации в настоящем деле воздерживается от оценки этих положений с точки зрения их соответствия установленному Конституцией Российской Федерации разделению властей и разграничению компетенции между федеральными органами государственной власти (пункты 4 и 5 части первой статьи 86 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации).

Этим не затрагивается полномочие федерального законодателя внести необходимые изменения и дополнения в действующее регулирование в целях обеспечения единообразного применения в практике арбитражных судов института пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам судебных актов, вступивших в законную силу.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 75, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

1. Признать взаимосвязанные положения пункта 1 статьи 311 и части 1 статьи 312 АПК Российской Федерации, допускающие - в истолковании, данном в пункте 5.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 марта 2007 года N 17 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам" (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14), - пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу судебного акта, оспариваемого заявителем в порядке надзора и основанного на положениях законодательства, практика применения которых после принятия оспариваемого судебного акта определена Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации или в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в том числе принятом по результатам рассмотрения другого дела в порядке надзора, не противоречащими Конституции Российской Федерации постольку, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу данные положения:

не предполагают придание обратной силы правовым позициям, выраженным в соответствующем постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации или Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, без учета характера спорных правоотношений и установленных для этих случаев конституционных рамок действия правовых норм с обратной силой, как они определены в настоящем Постановлении;

допускают пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу судебного акта только при условии, что в соответствующем постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации или Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации содержится прямое указание на придание сформулированной в нем правовой позиции обратной силы применительно к делам со схожими фактическими обстоятельствами;

не предполагают, что наличие в определении коллегиального состава судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации об отказе в передаче дела в порядке надзора в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указания на возможность пересмотра оспариваемого судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам выступает в качестве обязательного требования такого пересмотра;

не исключают возможность непосредственного обращения заинтересованного лица с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта, вступившего в законную силу, в арбитражный суд, принявший оспариваемый судебный акт;

не допускают пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу судебного акта с нарушением процедуры, установленной главой 37 АПК Российской Федерации.

2. Выявленный Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правовой смысл положений пункта 1 статьи 311 и части 1 статьи 312 АПК Российской Федерации - применительно к разъяснениям, данным в пункте 5.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 марта 2007 года N 17 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам" (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года N 14), - является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

3. В целях обеспечения единообразного применения в практике арбитражных судов положений главы 37 АПК Российской Федерации федеральному законодателю надлежит - руководствуясь требованиями Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем Постановлении, - в шестимесячный срок внести изменения и дополнения в арбитражное процессуальное законодательство, закрепляющие возможность пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта арбитражного суда, основанного на правовой норме, практика применения которой после вступления данного судебного акта в законную силу определена (изменена) постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации или постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, вынесенным по результатам рассмотрения другого дела в порядке надзора с учетом сформировавшейся практики, в том числе исходя из правовых позиций, сформулированных Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Впредь до внесения соответствующих изменений и дополнений в действующее арбитражное процессуальное законодательство положения пункта 1 статьи 311 и части 1 статьи 312 АПК Российской Федерации подлежат применению в их конституционно-правовом истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Постановлении.

4. Прекратить производство по настоящему делу в части, касающейся проверки конституционности положения части 4 статьи 170 АПК Российской Федерации.

5. Судебные акты по делам ЗАО "Производственное объединение "Берег", ОАО "Карболит", ОАО "Завод "Микропровод" и ОАО "Научно-производственное предприятие "Респиратор", если они вынесены на основании положений пункта 1 статьи 311 и части 1 статьи 312 АПК Российской Федерации в истолковании, отличном от конституционно-правового истолкования, данного Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Постановлении, подлежат пересмотру в установленном порядке.

6. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

7. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный СудРоссийской Федерации

1-П

Назад Оглавление Вперед


Новости
| Европейская конвенция | Европейский Суд | Совет Европы | Документы | Библиография | Вопросы и ответы | Ссылки


© Council of Europe 2002  Разработка: Компания "ГАРАНТ"
Проект финансируется при поддержке
Правительства Соединенного Королевства