здание Совета Европы
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Европейская Конвенция о защите прав человека: право и практика
Новоcти
Библиoграфия
Вoпросы и oтветы
Сcылки

Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru

Справка к документу

Европейский Суд по правам человека

(I Секция)

Дело "Исмоилов и другие против России"

[Ismoilov and Others v. Russia]

(Жалоба N 2947/06)

Постановление Суда от 24 апреля 2008 г.

(извлечение)

Обстоятельства дела

Заявителями по делу выступают 12 узбекских граждан и один киргизский, которые были задержаны в июне 2005 г. в России. В их отношении правительство Узбекистана предъявило требование об экстрадиции, в котором указывалось, что они финансировали беспорядки, имевшие место в мае 2005 г. в узбекском городе Андижане. Заявители содержались под стражей в ожидании экстрадиции до марта 2007 г., когда они были освобождены. В 2006 году верховный комиссар ООН по делам беженцев предоставил заявителям статус беженцев, установив, что они имеют обоснованные опасения по поводу преследований и пыток в случае возвращения в Узбекистан. Российские власти отказались предоставить им статус беженцев или убежище. Вместо этого заместитель генерального прокурора отдал распоряжение об их экстрадиции в Узбекистан, указав, что они "совершили" террористические акты и другие преступления, и что российские власти получили дипломатические заверения от узбекского государства-ответчика о том, что по возвращении эти лица не будут подвергнуты пытке и им не будет вынесен смертный приговор. Распоряжения об экстрадиции были оставлены в силе российскими судами, но заявители не были выданы в связи с предварительной мерой, на которую указал Европейский Суд на основании правила 39 Регламента Суда.

Вопросы права

По поводу соблюдения требований статьи 3 Конвенции. Большинство заявителей покинули Узбекистан с целью избежать преследования в связи с религиозными взглядами или успешной предпринимательской деятельностью. Некоторые из них ранее подвергались жестокому обращению со стороны узбекских властей, у других родственники или деловые партнеры были задержаны и обвинены в участии в незаконных экстремистских организациях. После беспорядков в г. Андижане в мае 2005 г. заявители были задержаны в России по требованию узбекских властей, которые подозревали их в финансировании восставших.

Задача Европейского Суда заключается в установлении того, существует ли риск жестокого обращения в случае экстрадиции заявителей в Узбекистан. Информация, поступающая из различных объективных источников, свидетельствует о том, что проблема жестокого обращения с арестованными в Узбекистане по-прежнему сохраняет свое значение, и не представлено конкретных доказательств значительного усиления защиты от пыток в последние годы. Хотя узбекское правительство приняло определенные меры для преодоления применения пыток, не имеется доказательств того, что эти меры дали положительный результат. Европейский Суд, таким образом, находит, что жестокое обращение с арестованными является всеобъемлющей и застарелой проблемой Узбекистана. Что касается конкретной ситуации заявителей, Европейский Суд признает, что в случае экстрадиции в Узбекистан они подвергнутся реальному риску жестокого обращения с учетом установления верховным комиссаром ООН по делам беженцев достаточных оснований у каждого из них опасаться преследования и жестокого обращения в случае экстрадиции в Узбекистан, и предоставления им статуса беженцев, а также принимая во внимание документальные доказательства распространенности пыток в этой стране. Наконец, поскольку практика применения пыток в Узбекистане описывается авторитетными международными экспертами как систематическая, Европейский Суд не убежден в том, что заверения, предоставленные узбекскими властями, обеспечивают надежную гарантию против риска жестокого обращения.

Постановление

Исполнение решений об экстрадиции составит нарушение требований статьи 3 Конвенции (вынесено шестью голосами "за" и одним - "против").

По поводу соблюдения требований пункта 2 статьи 6 Конвенции. Заявители не обвинялись в совершении какого-либо преступления на территории России. Процедура экстрадиции, следовательно, не затрагивала рассмотрение обвинения в значении статьи 6 Конвенции. Однако решение об экстрадиции заявителей было принято в целях их уголовного преследования. Поэтому процедура экстрадиции была прямым следствием и побочным фактором уголовного преследования заявителей в Узбекистане. В связи с этим Европейский Суд усматривает тесную связь между уголовным преследованием в Узбекистане и процедурой экстрадиции, что оправдывает распространение на последнюю сферы действия пункта 2 статьи 6 Конвенции. Кроме того, формулировка решений об экстрадиции ясно показывает, что прокурор рассматривал заявителей в качестве "обвиняемых в совершении преступлений", что само по себе позволяет считать применимым пункт 2 статьи 6 Конвенции. Европейский Суд также полагает, что решение об экстрадиции может вызывать вопрос о применимости пункта 2 статьи 6 Конвенции, если его мотивировочная часть, которая неотделима от резолютивной, устанавливает вину лица. Решения об экстрадиции в настоящем деле утверждают, что заявители подлежат выдаче, поскольку они "совершили" террористические акты и иные преступления в Узбекистане. Это заявление не ограничивалось указанием на подозрения в отношении заявителей, оно упоминало как установленный факт, без каких-либо ограничений или оговорок, что они причастны к совершению преступлений, даже без упоминания о том, что они отрицали свою причастность к ним. Формулировка решений об экстрадиции приравнивается к признанию виновности, которое могло способствовать представлению об их виновности в обществе и иметь преюдициальное значение для оценки обстоятельств дела компетентным судебным органом в Узбекистане.

Постановление

По делу допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

Со ссылкой на дело "Насруллоев против России" [Nasrulloyev v. Russia], N 656/06 (см. "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" N 102* (*См., соответственно, "Бюллетень Европейского Суда по правам человека" N 5/2008 и специальный выпуск "Российская хроника Европейского Суда" N 3/2008.)) Европейский Суд также установил нарушения требований пункта 1 (незаконное содержание под стражей) и пункта 4 статьи 5 Конвенции (проверка законности содержания под стражей).

Компенсация

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить каждому заявителю 15 000 евро в счет компенсации причиненного морального вреда.



Новости
| Европейская конвенция | Европейский Суд | Совет Европы | Документы | Библиография | Вопросы и ответы | Ссылки


© Council of Europe 2002  Разработка: Компания "ГАРАНТ"
Проект финансируется при поддержке
Правительства Соединенного Королевства